Риз Верниус стоял в просторном зале приемов, сохраняя безупречную осанку, которая совершенно не вязалась с его юным возрастом. Несмотря на свои десять лет, он держал спину прямо, как подобает наследному принцу, который должен принять важного гостя. Его светлые волосы были безупречно уложены, а серо-голубые глаза с прищуром и не детской оценкой разглядывали высокого мужчину, только что сошедшего с топтера.

Зал был украшен со сдержанной роскошью, что отличала дом Верниусов. Темное дерево панелей на стенах, тяжелые портьеры из серебристой ткани, герб дома на задней стене от потолка и до пола. Сквозь высокие окна пробивался тусклый свет планеты, окрашивая окружающее пространство и людей в нем в холодные тона.

Принц Риз никогда не видел своего дядю раньше, но то, что он видел сейчас, превзошло все ожидания. Чарльз был красивым, статным мужчиной, со светлыми длинными волосами и чёткими чертами лица. Он говорил с Константином с теплой улыбкой, его живые светло-серые глаза игриво щурились, а жесты и уверенная осанка выдавали аристократа. Риз почувствовал, как щеки его заливаются румянцем, когда взгляды их встретились, и смутился собственной реакции, но не подал виду.

- Здравствуй, Риз, - голос мужчины был мягким, обволакивающим и глубоким. - Наследный принц. Огромная честь познакомиться с тобой.

Риз выпрямился еще сильнее, вскинул подбородок и произнёс:

- Приветствую вас, граф Чарльз Батлер, - голос прозвучал звонко и твердо, - Дом Верниусов рад вашему прибытию.

Он сделал легкий, безупречный поклон, в соответствующий высшему аристократическому этикету.

- Выглядишь немного сонным. Ранние подъемы и тренировки не дают принцу как следует выспаться?

Вопрос застал принца врасплох. Он и правда не выспался, но жаловаться не мог, поскольку сам задержался вчера до полуночи, оттачивая навыки фехтования.

- Мне не пристало жаловаться. Любая тренировка совершенствует тело и проясняет разум.

Риз сохранял внешнее спокойствие, хотя его острый ум уже пытался найти подвох в сложной ситуации. Он кое-что слышал о Доме Батлер и знал, что визит такого яркого политика, как дядя Константина, обусловлен чем-то важным. Еще он знал, что первое впечатление формируется именно сейчас, и он не намерен был уступать в этом негласном поединке, демонстрируя достоинство, ожидаемое от будущего правителя.

На секунду Риз отвлекся, активировал на своем браслете команду и ввел цифру комнаты для гостей, которая закрепилась за Батлером. Затем он поднял на него внимательный взгляд и впервые сдержанно улыбнулся.

- Прошу прощения за то, что лорд Дариус не встречает вас лично в эту самую секунду. Неотложные дела задержали его, но он будет с нами с минуты на минуту. Я составлю вам компанию до его прихода.

Он жестом указал направление, взглянув на Чарльза с острым вниманием.

- Следуйте за мной. Я покажу вам ваши апартаменты.

Риз повел гостя через ряд коридоров и залов, каждый из которых являл собой образец сдержанной элегантности. Апартаменты Чарльза располагались на верхнем уровне дворца, где высокие стрельчатые окна открывали панорамный вид на столицу. Серо-голубое небо планеты, подернутое легкой дымкой, создавало ощущение вечных сумерек. За окнами простирался город с его белоснежными шпилями и террасами, спускающимися к вечно оледеневшему морю. Полы были выложены темным полированным камнем с прожилками неоновой подсветки, помещение заливал мягкий голубоватый свет встроенных в потолок плафонов. Стены украшали гобелены с геральдикой дома Верниусов - синие львы на серебряном полотне. Вдоль стен стояли низкие комоды из темного дерева, на которых размещались древние глобусы известных планет, кристаллы с отдаленных миров, старинные навигационные приборы. Воздух был наполнен едва уловимым ароматом сандала и морской соли.

Принц шел в эту комнату неторопливой пружинистой походкой, представляя одобрительную улыбку графа Батлера. Выбор этих апартаментов был не случаен. Он выбрал именно эту роскошную комнату, потому что до нее был самый близкий путь от его собственных покоев.

Когда пальцы мужчины коснулись его волос, мальчик сделал вид, что ничего не произошло, хотя это было возмутительное нарушение границ, не смотря на то, что прикосновение было мягким и ласковым. В доме Верниусов физические действия по отношению к Ризу были чем-то редким, доступным только для ближайших членов семьи. Отец был скуп на ласку, ограничиваясь словесной похвалой, а мать целовала его в лоб лишь по вечерам, соблюдая привычный ритуал прощания. Зато он с удовольствием дрался с Константином, вымещая в вольной борьбе на подушках весь свой тактильный голод.

Когда же гость назвал его "дитя", губы Риза поджались. Такое обращение прозвучало как оплеуха, мгновенно ставя его в более уязвимую позицию, с которой сложно было поспорить. Принц горделиво вскинул подбородок, готовый вспыхнуть и возразить, но вовремя сдержал этот отчаянный порыв. Вместо этого он выдохнул и произнес твёрдо и уверенно:

- Я уже достаточно взрослый, чтобы представлять Дом Верниусов, дядя. Мы с Константином присутствуем на важных заседаниях парламента, если отец в отъезде, и, при необходимости, говорим от его лица.

Повисла напряжённая пауза. Риз опустил взгляд, обходя комнату, и вдруг тихо признался:

- Я выбрал эту комнату. Это самая близкая комната к моим покоям. Я буду присматривать за вами.

А затем, словно спасаясь от неловкости момента, он подошёл к фонтанчику. Принц склонился над водой, и в уголках его губ заиграла живая улыбка.

- Вам нравятся рыбки? - спросил он с какой-то детской непосредственностью, а затем достал щепотку корма и начал рассыпать его по воде, увлеченно наблюдая, как светло-голубые создания подпрыгивают, ловя крошки. - Я прихожу каждый день кормить их. Если их не кормить, они погибнут. Если перекормить - тоже погибнут. Я запретил роботам кормить их, чтобы делать это самому.

Вода тихо журчала, разбиваясь о гладкие камни. Принц с интересом разглядывал плавающих на поверхности рыбок, ловящих своими ртами крошки. В эти минуты он казался обычным мальчишкой, который открыл кому-то хрупкую тайну.

- Вот этот, - он ткнул пальцем на самую крупную рыбку с красным гребешком, которая упорно плыла против искусственного течения. - Это Капитан Крюк. Он очень своевольный и своенравный. Я думаю, он тоже не любит, когда его считают маленьким.

Риз издал тихий смешок, бросив взгляд на графа, и указал пальцем на другую рыбку, застывшую в листьях водорослей.

- А вон та - это Искра. Она меняет цвет в зависимости от освещения, но очень стеснительная.

Принц постучал пальцами по стеклу напротив рыбки, она затрепыхалась и выплыла из водорослей. Вода тихо плеснула, и Искра подпрыгнула, словно хотела прогнать непрошенных зрителей и избавиться от навязчивого внимания. Риз выпрямился, поспешно принимая привычную осанку, но на его лице всё еще было это трогательное выражение наивного ребенка.

- Мать говорила, что их привезли со Старой Земли, - сказал он, глядя на дядю. - Было бы здорово, если бы вы привезли мне когда-нибудь рыбку с Салусы Секундус.

Ребёнок проигнорировал тот факт, что его снова обозвали ребёнком. Он с невозмутимым спокойствием продолжал своё наблюдение за рыбками, а в ответ Чарльз проигнорировал его просьбу о рыбке в подарок, которую Риз, разумеется, не стал повторять. Наконец, помолчав и обдумав свои следующие слова, он оторвался от фонтанчика и посмотрел на дядю с тем же пристальным вниманием, почти вызывающе изучая каждую тень на его лице.

- Вы политик, а политики - опасные люди, - произнес он вкрадчиво. - Так говорит отец.

Принц сделал паузу, подходя ближе, рука его поднялась, пальцы игриво крутанули висящий в воздухе светильник в виде планеты с тремя кольцами, и освещение в комнате дрогнуло.

- Он отзывался о вас как об очень хитром и умном человеке, - добавил Риз, шаг за шагом ненавязчиво приближаясь к гостю, пока не остановился вплотную, едва касаясь коленей Чарльза своими ногами. Он заглянул в глаза мужчины с лёгкой, обманчиво-непринуждённой улыбкой и сказал доверительным шёпотом:

- Хочу выяснить, что вам тут нужно на самом деле?

В этот момент в комнату бесшумно вошли роботы-слуги, их металлические конечности двигались с отточенным изяществом. Они принялись расставлять чемоданы Чарльза, не обращая внимания на напряженную паузу, повисшую между дядей и племянником.

Риз отвел взгляд, на мгновение задумавшись, затем отступил, восстанавливая дистанцию. Его лицо оставалось непроницаемо приветливым.

- Вы, наверно, хотите отдохнуть с дороги, - произнес он так, будто и не было между ними этого странного разговора. - Я могу уйти, если утомил. Встретимся за ужином?